Два ТРУПООБКРАДЦЫ

Повесть с истинного проишествия

I.

Васильков, уездный город Киевской Губернии, основан Святым Равноапостольным Великим Князем Владимиром, который назвал его Васильевым, то есть тем своим именем, какое он получил во Святом крещении. Но год основания Василькова в точности не известен.

В 996-м году 6-го Августа Печенги, сделавшее набег, приступили к Васильеву, Владимир вышел на них с малою дружиною, быль разбить и скрылся под мостом от свирепых врагов, где умолял Небо о своём спасении. После, в благо­дарность за избавление, он соорудил храм во имя Святого Преображения Господня, потому что в тот самый день был праздник Преображения, когда Владимир избегнул от рук вражеских.

Говорят, что со времён Князя Василька Юрье­вича город Васильев начал называться Васильков.

Васильков вместе с Киевом испытал много бедствий от Татар, быль завоёван Литвою, Поляками, терпел набеги Запорожцев, наконец, по договору между Россиею и Польшей, 1686- го года 26-го Апреля, возвращён Российской Держав, вместе с утверждением Киевского Наместничества, а в 1795-мъ году Васильков сделался уездным городом и вышел из-под Управления Киево-Печерского Лаврского Монастыря, которому он принадлежал.

В его Уезд причислены были тогда следующе лучше местечки, приобретённые от Польши и Лит­вы: Чернобыль, Хабне, Горностайполь, Иванков, Дымер, Бородянка, Гостомель, Макаров. Рожев, Ясногородка, Бешов, Хвастовъ (Бѣлая Церковь). По теперь эти местечки большей частью отошли к Киевскому и другим уездам.

Васильков прежде был границею Польши и стоял, против польского местечка Хвастова, на ровном месте при небольшой речке Стугне; в нём сверх обыкновенных присутственных мест нахо­дился таможенный дом и заставные пограничные ко­манды. Так же в Василькове есть и поныне высо­кая старинная крепость, состоящая из земляных валов, но она уже заселена садами, кладбищем и хижинами; словом, теперь уже она опущена как более не нужная для мощной Руси.

В этом то городе случилось одно происшествие, которое имею честь передать вам в этой повести.

II.

Начальник Таможни, молодой, богатый человек пан Ч.. имел прекрасную жену Марию, с кото­рой он жил только тринадцать месяцев.

В одну Майскую ночь представилось ей во сне, что будто она сидела на берегу под тенью ветвистого вяза, на превосходной софе, при впаде быстрого ручья в скромную Стугну и наслаждалась вечерним временем. К великому её удивлению, вдруг с ужасным шумом и громовым треском пока­тилась по небу та звезда, светом которой она лю­бовалась, потом, спустя минуту, рассыпалась молнией по лазуревому своду неба, — и исчезла.

Любопытный взор её устремился на мерцание луны и в водах отражение свода небес. Приятное пение соловья еще более ее очаровало, она увидела быстро плывущего к ней любимого ею лебедя, которого называла коханый Гиарцыз, в мгновение очутился у неё на коленях, она ласкала лебедя и он пропел ей очаровательную мелодию — и эта гармония восхитила все тайные восторги её души; словом: она была весела и рада.

Ах, есть и на яву те минуты, в которые мы чувствуем себя чем-то высшим! Счастлив тот, кто воспользуется этим райским мгновением.

Так душа молодой мечтательницы была в объятиях последней, наземной Фантазии. После этого, она увидела вдали небольшую шлюпку, в ней сидели три гребца в трауре, а её супруг был тор­жественно одет, и держал в своих объятиях какую-то молодую даму, страстный поцелуй любви вторило эхо. Мщение и ревность закипели в её гру­ди; но в то самое мгновение софа, на которой она сидела, преобразилась в мрачный гроб, а лебедь лежал пред нею мертвым. С этим она просну­лась, и сильное волнение горести бушевало во встревоженной душе. Грусть увеличивалась постепенно; напрасно она старалась удалить печальные мечтания, сонь улетал, и каждая греза минувшего сновидения представлялась ей какою-то ужасною Фуриею неизбежного бедствия. Бурные порывы печального предчувствия заставили её еще в первый раз в жизни идти в сад насладиться предрассветною прохла­дою. Очаровательный луч денницы и светозарный восход солнца не могли рассеять роковой грусти. Муж ее был тогда в Киеве по делам своей долж­ности, и ей не с кем было разделить и облегчить свою печаль! Вдруг вспомнила она, что вчера проси­ли её на именины к Р…ву. Долго тайное предчувствие останавливало её, но она не умела разгадать его, с какою-то принужденною радостью сверкнула мысль, что приятности весёлого общества могут рассеять гибельную тоску души и неразгаданную печаль сердца.

Не верь предчувствию, не верь сновидению! Они ложные! Пусть намеки истинного побуждения будут лукавые друзья сердцу. Иди, пусть веселое общество развлечет тебя приятными разговорами. Иди скорее, там запоет лебедь трогательную мелодию кончины, там погаснет свет твоей звезды! Спеши, там по­гребальный Факел осветит вход в вечность, там дверь гроба отворят тебе молния и гром! Спеши, спеши, земная грусть и все печали, с неимоверною быстротою, улетать от тебя! Улетят, и никогда не возвратятся! Не медли, ударил твой час. Прав Шекспир, он сказал: в каждом человеке есть намеки его предназначения.

III.

Пробило час по полудни, и гармония музыки отдавалась в сердце каждого гостя очаровательным эхом.

Все веселы и довольны; лишь на лице госпожи Ч…Й видны были резкие черты какой-то тайной, глубокой горести. К ней подошла сметливая именинница и спросила: от чего вы так печальны?

— Ах, я и сама не знаю!

— О, я знаю! сказала, прерывая речь, ее приятельница, и наклоняясь к ней на ухо, что-то про­шептала.

— Петь! С улыбкой ответила она, и румянец стыда придал ей новую прелесть. Эту ночь видела я ужасный сон, и с той минуты как проснулась, мне так грустно, что как будто весь мир Божий обратился в печаль и горе!..

— О, если так, возразила насмешливо Г. Р…ва, так прошу вас рассказать мне этот сон. Когда-то и я, в старые годы, была хорошей гадательницей, — да и теперь надеюсь.

— Посмотрим, как вы разгадаете!

— Да уж поверьте, не одна Цыганка во всем Василькове так вам не растолкует, как я. По пойдемте в другую комнату, продолжала Р…ва, и обе приятельницы удалились.

Музыка заиграла вальс, и молодёжь представила собою вихрь. Пожилые обоего пола и разного состояния сидели по местам за чашками кофе, стаканами пуншев и варенухою, как любимым напитком того времени. Одни смотрели па резвый танец, другие рассказывали об интересах в жизни; а разговор военных изображал грозную превратность судьбы.

Шутливый капельмейстер вдруг прервал вальс громкою мазуркой, и тут-то танцующие, пока составили порядок, возбудили смех всей компании. Иные еще носились в вихре вальса, другие предоставляли собою колоссальное падение, а третьи нечаянную встречу вальса с мазуркой. Все пожилые остались довольны, и каждый из них от души благодарил капельмейстера, за такую благородную, по мнению того времени, шутку. Громкий хохот, более отражаемый эхом Бахуса, продолжал мазурку вместе с музыкою. Вдруг явились в залу пирующих именинница с Г. Ч…Й.

— Поверьте мне, как вашей приятельнице, этот сонь ровно ничего не значить, продолжала идучи Г. Р… уверяющим тоном, но оттенки печали, резкою чертою, мрачили приятность её улыбки. Будьте покойны! мало ли чего нам во сне не пригрезится? лучше скажите, что вы скучаете за милым другом и боитесь, чтоб чего не случилось с ним в дороге.

— И то и другое. Моя нянюшка, довольно пожилая женщина, толковала мне этот сон с другой стороны; но более доверяя вам, я остаюсь совершенно покойною. Благодарю вас!., и искренний, поцелуй, как милое, лестное, но лукавое обыкновение Польши, был остальным пылким выражением ее чувств!

— Что это за смех? сказала скромная хозяюшка, и тут предупредила её любопытство одна пожилая дама.

Во время ее рассказа капельмейстер с жадностью ловил все черты на лице именинницы, надеясь и от неё получить благодарность. Г. Р… казалось не была равнодушна к поступку капельмейстера, но в угодность гостям поблагодарила его небольшим наклонением головы. Честолюбивый музыкант от восхищения едва не выпустил скрипки из рук.

Мазур кончен, и утомленная молодёжь спешила по местам. Слуги торопились подавать прохладительное питье. Некоторые из танцевавших, с благородным духом ь, советовались, каким бы образом, отмстить капельмейстеру.

IV.

Погода неприметно переменилась и майский полдень превратился в мрачную стихию Сентября, но пирующие гости почти не замечали, сверкнула молния, — и гром потряс все здания Василькова. —

Первая его стрела посетила пировавших, и молодая Госпожа Ч… пала мертвою, как невинная жертва своего предчувствия. Почти все гости сильно были оглушены громом; пожар продолжал бушевать; но проливной дождь, к счастью, без ветра, и помощь людей, не допустили сгореть всему дому, который существует и теперь и принадлежит той же Фамилии Р…х.

Теперь не стану описывать печали пана Ч…ва скажу только, что он похоронил свою жену во всём богатом и любимом ее наряде, с великолепным погребальным торжеством. Шестьсот целковых было роздало бедным вдовам, сиротам и прочим убогим людям.

СЦЕНА 1-я.

Внутренность леса; в долине близь ручья сидят два разбойника. Ночь.

ПЕРВЫЙ.

Ну уж как хотишь бать Афоня, а миня то раздумьечко берет; вот Господи прости хотел от тебя утаить; ну да бать уж видно судилось, нам с тобой, сделать делишку.

ВТОРОЙ.

А что такое? ты бать таки всё лукавишь!

ПЕРВЫЙ (прерывая).

Кто старое помянет тому глаз вон.

ВТОРОЙ.

Ты бать таки охаха! ну, да говори: я, кажется, ни в чем не выдам. Вестимо это плёвое дело. Ведь знаешь вчера богатый Лях похоронил то бать свою жену.

— Это-то лучше твоего будет.

ПЕРВЫЙ.

Вот ты у меня бать с языка сорвал. Пойдём то, вот как-то бать подживимся, Што ну… любушка, хоть немношко и страшно кабы…

СЦЕНА 2-я.

Полночь. Вид Васильковского Замкового кладбища, те же два разбойника уже разрыли могилу.

ПЕРВЫЙ.

Ну слава те Господи! на силу-то батъ докопалися, да и гроб чем сукном штоли ча оббит.

ВТОРОЙ.

Полно балагурить. Открывай крышу поскореячо (голоса из могилы) бери, тащи, снимай, отрезывай пальцы, когда перстни не слазятъ по доброй воле.

ПЕРВЫЙ.

Што бать она тёпла? ну, вот и совсем вылеземъ поскореячо.

ВТОРОЙ

• Как бы не так! ведь на ней то и остальное хорошо.

ПЕРВЫЙ.

Полно не срывай! пусть уж не совсем явиться нагая на тот Свет.

ВТОРОЙ.

Пустое ты бать плетёшь! я сниму!

Коварный злодей уже готов был снять, но вот неслыханное чудо? в то самое мгновение мертвец в могиле обнял злодея, который при всех своих варварских чувствах, пал в обморок, а его товарищ бежал от ужаса унеся с собою всю добычу.

Из предместья, называемого Западницы, где прежде был древний город Васильков, проложена дорога чрез кладбище в нынешней город и мимо памятника сооружённого Г. Ч…вой, который и теперь на том же месте существует. Если кому из вас, Господа читатели, случится быть в Василькове, то можете полюбопытствовать и изверить мою повесть.

Жители утром шли на рынок, и увидя открытую могилу, и полумёртвого злодея, в объятиях мертвеца, известили начальству.

Варвар вскоре пришёл в чувство, но вот удивительно, если можно верить, говорят, что с большим трудом освободили его из объятий мертвеца. В допросах злодеи оказались закоренелыми раскольниками. Спустя три года пан Ч… женился, как говорят Васильковцы, па богатой и молодой вдове Домбровской.

Судите о сновидении и предчувствии!..

Григорий Карпенко 2-‘й.
1847 г. Марта 1-го дня.
С. Петербург


Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s

This site uses Akismet to reduce spam. Learn how your comment data is processed.